Cart

НЕТЕЛЕЭКРАННАЯ БЕЛГРАВИЯ, 1

На месте сегодняшней Белгравии, самого дорогого и престижного района Лондона, когда-то была плоская заболоченная местность, где паслись овцы и ослы. Этот район, расположенный между правительственным Вестминстером и деревушкой Челси, в Средние века звался Пять полей (Five Fields), поскольку пересекавшие его пешеходные тропы делили его на пять частей. Здесь протекала впадавшая в Темзу извилистая речушка Уэстбурн (Westbourne, она сейчас под землей), которую путник мог пересечь по деревянному мосту, называвшемуся Кровавым – разбойники часто грабили и убивали здесь людей. И все это продолжалось до тех пор, пока король Георг III не приобрел во второй половине XVIII века загородную усадьбу герцога Букингемского и не стал перестраивать ее под королевский дворец. Тогда-то владелец соседних с дворцом земель в Пяти полях, граф Гровнер (позднее маркиз, а его потомки сегодня – герцоги Вестминстерские), решил построить здесь новый городской квартал и заключил для этого контракт с известным подрядчиком-застройщиком Томасом Кубиттом. Кубитт к тому времени уже поработал на герцога Бедфордского, отстроив ключевые участки сегодняшнего квартала Блюмсбери к северо-западу от древнего лондонского Сити. Кубитт и привлеченные им архитекторы следовали образцам крупнейшего британского зодчего “регентского” стиля (Regency, поздне-георгианский классицизм) Джона Нэша, проложившего лондонскую Риджент-стрит и построившего величественные городские ансамбли вокруг Риджентс-парка. Кубитт одним из первых стал в широких масштабах применять новаторские методы застройки, собирая под свое крыло представителей всех строительных профессий: каменщиков, штукатурщиков, маляров и даже садоводов: для озеленения площадей-скверов (garden squares), которыми славится Белгравия, он создал специальный питомник растений. Новый квартал начали возводить в 1820-х годах и сюда, в отличие от кварталов Мэйфэр и Сент-Джейсес потянулись не только “старые деньги”, то бишь аристократы, но и нувориши, люди, сколотившие капиталы в ту самую эпоху, которая началась в Англии в XVIII веке и звалась Промышленной революцией. Коллизиям этих двух социальных групп под небом Белгравии посвящен новый британский телесериал, снятый по сценарию Джулиана Фэллоуса. Само же слово “Белгравия” происходит от названия крошечной деревушки Belgrave (“красивая роща” на старо-французском), расположенной в северном графстве Чешир на землях герцогов Вестминстерских.


Известный британский архитектурный историк и критик немецко-еврейского происхождения Никалаус Певзнер назвал площади-сады (или попросту “скверы”) Белгравии великим вкладом в мировую историю архитектуры. Для горожан эти скверы правильной формы стали своего рода коммунальными палисадниками. Почти все они обнесены оградами и частные, закрыты для посторонних, ключики от ворот, ведущих на сквер, есть только у жителей домов сквер окружающих. Тот факт, что владелец земель, переданных под застройку в 1820-х годах, был здесь один, семейство Гровнер, позволило застроить Белгравию по предварительному плану: улицы прямые и взаимно перпендикулярные, вдоль них тянутся четырёхэтажные “террасные” дома (то есть в виде ленты примыкающие друг к другу одной стеной ), облицованные дорогой кремового цвета итальянской штукатуркой “стукко” (откуда и происходит русское слово – JM). У каждого владельца секции такого дома свой отдельный портик, высокие окна первых двух этажей, масса декоративных элементов на фасадах: пилястры, фронтончики над окнами, разнообразной ширины карнизы. Не сразу заметны и отделены от парадных улиц декоративными воротцами так называемые mews, конюшенные переулки. Они уже, дома там ниже, нет парадной штукатурки, один лишь стильный темный лондонский кирпич. В этих mews изначально держали хищных птиц для охоты и жили сокольничие, потом там же разместили конюшни и каретники, а над ними поселили конюхов и извозчиков. Туда же, в стороне от парадных улиц, выставляли мусорные баки. Еще до Второй мировой войны эти конюшенные переулки были в крайне запущенном и заброшенном состоянии. В наши дни они хорошо отремонтированы и отреставрированы, их облюбовал лондонский обеспеченный люд, жить там недешево, но спокойно, чуть вдали от городской суеты. Многие mews тупиковые.


…продолжение следует…